***

Белоруссия намерена выставить в этом году на продажу ряд предприятий и получить за них $3 млрд, заявил журналистам глава российского Минфина Алексей Кудрин по итогам заседания президиума правительства России.

Таким образом Кудрин прокомментировал заявление президента Белоруссии Александра Лукашенко о финансовой помощи, которую обещал оказать Белоруссии президент Дмитрий Медведев. Лукашенко ранее во вторник заявил, что ему позвонил Медведев и обещал предоставить Белоруссии $6 млрд.

«Белорусская сторона сама будет устанавливать, какие это активы и в какие сроки. Исходя из потребностей этого года, это примерно около трех миллиардов долларов. Это сумма, которая должна быть выручена от приватизации в этом году», – цитирует Кудрина РИА «Новости».

Переговоры о предоставлении Белоруссии российского кредита могут быть завершены в ближайшие дни, подтвердил Кудрин.

«Сегодня мы услышали, что после телефонного разговора Александра Лукашенко с Дмитрием Медведевым было сказано о том, что в принципе достигнуты договоренности и Белоруссия готова получить кредит. Это означает, что ранее сформулированные условия антикризисного фонда мы считаем в целом принятыми, и это может означать возможность завершения переговоров в ближайшие дни», – пояснил глава российского Минфина.

Белоруссия до этого ставила вопрос о российской помощи, но Кудрин уточнял, что Россия не будет выделять кредит Белоруссии из своего бюджета. Он говорил, что речь идет о фонде ЕврАзЭС.

Сейчас глава Минфина сообщил, что в четверг в Минск отправится премьер-министр Владимир Путин, и в связи с этим выразил надежду на то, что там удастся окончательно уточнить все детали. После этого, добавил Кудрин, будут запущены процедуры антикризисного фонда с участием Казахстана, Киргизии, Таджикистана и Армении. Решение может быть принято только в таком составе, подчеркнул глава Минфина.

Он отметил, что одним из ключевых индикаторов, который будет отслеживаться, станет снижение текущего счета платежного баланса.

«Предполагается, что для поддержания платежного баланса будет приватизирован ряд активов: белорусская сторона будет сама устанавливать, какие это активы, в какие сроки. Исходя из потребностей этого года – это примерно около $3 млрд», – цитирует его «Интерфакс».

Кудрин добавил, что участие в этой приватизации смогут принять инвесторы из любых стран. Он напомнил, что кредит, предоставляемый Белоруссии, имеют целью макроэкономическую стабилизацию в стране и покрытие платежного баланса Белоруссии. «Предварительно рассматривается программа по кредитованию Белоруссии в размере $3 млрд – по миллиарду ежегодно в течение трех лет», – уточнил Кудрин.

// gazeta.ru

Еврорадио: Изменилось ли за последний год отношение государства к предпринимателям? Стало ли оно более либеральным?

Виктор Горбачев: По телевизору отношение изменилось. Если раньше, два-три года назад, в государственных СМИ к предпринимателям относились критически, мы часто слышали негатив, унижения – мол, предприниматели-хапуги и т.д… Скрывать не буду, последние полтора-два года средства массовой информации поменяли тактику в отношении предпринимателей, стали вести хвалебные речи, что это одна из категорий населения в нашей стране, которая реально может побороть экономический кризис, разгрузить склады…

И поэтому к нам стали больше обращаться с такими проблемами, как разгрузка складов, оказание поддержки – начиная от благотворительности и заканчивая расширением своего бизнеса за пределы страны.

То есть в принципе, разговоры стали намного приятнее уху, а в реальности, на практике что-нибудь изменилось?

На практике по большому счету осталось то же самое, за исключением единственного положительного момента – это введение 510-го указа «О контрольной деятельности», который способствовал более спокойному отношению контролирующих органов в период проверок, их стало меньше, но они стали более целенаправленными, с огромными штрафными санкциями.

То есть, сама контрольная деятельность уменьшилась, а её качество увеличилось, поступления в бюджет увеличились. На бизнес как давили, так и давят, но более завуалировано, закрыто… Судебная система какая была два года назад, такая и осталась. Сегодня все хозяйственные суды, где задействованы предприниматели, на 98% проигрышные.

Бизнес как выводил свои обороты за границу, так и выводит, есть даже определенное увеличение. В первую очередь наши предприниматели выводят бизнес в Россию (80%), Украину, Литву. Закрываются здесь, либо частично оставляют свой бизнес и выводят его в Россию. Это было и продолжается сегодня.

Удалось ли белорусским предпринимателям приспособиться к указу, который разрешает нанимать только родственников? И каким способом?

После того, как предпринимателей лишили наемных лиц, частично они ушли в подполье и работают в тени. Около 15-20% из всех зарегистрированных по стране предпринимателей – это теневой бизнес, он полностью спрятан и работает, не давая поступлений в бюджет. А мог бы открыто сегодня работать, приносить какую-то пользу, если бы были другие условия…

То есть люди бизнес не потеряли, продолжают работать?

Частично, кто не побоялся, организовал ЧУПы, вошел в крупный бизнес. Здесь смысл в том, что те, у кого было задействовано много наемных лиц, просто оформили их в качестве мелких предпринимателей, поручив им определенную часть ведения своего бизнеса.

Власть сегодня говорит – вот, мы за год регистрируем 3-5 тысяч предпринимателей. А это как раз те лица, которые раньше были наемными, которых мы же выгнали, оформили ЧУП, за полгода вернули себе назад 80% тех, кого выгнали. Они их оформили в качестве индивидуальных предпринимателей, и продолжают ту же самую деятельность… Только для власти это кажется очень хорошей радостной цифрой – мол, идут, пачками лезут в предпринимательство. Так вот лезут потому, что находят лазейку из этого 760-го указа.

Совсем недавно вы проводили конференцию «Предприниматель и государство. Реалии и перспективы», приглашали туда и предпринимателей и представителей властей. Удалось ли о чем-то договориться? Изменилось ли что-то после конференции?

В первую очередь после этой конференции реально начал сотрудничать ряд предпринимательских объединений, ассоциаций, которые раньше не могли между собой контактировать – официально зарегистрированные с незарегистрированными. Вместе мы вырабатываем правовые акты, документы, предложения властям, и не боимся садиться за стол переговоров.

Мы будем организовывать обращение к властям и сбор подписей по вопросу экономической амнистии тех предпринимателей, которые сегодня сидят в тюрьмах – это от 11 до 14 тысяч в нашей стране. Люди, которые могли бы реально принести сегодня пользу, сидят, у некоторых даже срок больше, чем за убийство.

У нас есть предложение по организации сбора подписей к президенту, чтобы он не подписывал закон «О малом и среднем бизнесе», который парламент утвердил в мае. Мы везде в своих посылах говорим, что он недоработан. Он практически только декларативно заявляет об уважении к предпринимателю, а каких-то конкретных вещей там нет.

Но ведь сам по себе такой закон нам нужен?

Однозначно. Закон этот обязательно нужен. Но не в таком виде. 15 лет его не было. Лучше ещё годик потерпеть, но привлечь реальных практических специалистов из предпринимателей.

Стало ли больше предпринимателей за этот год? В прошлом году было официально зарегистрировано 220 тысяч. А сейчас?

Сегодня 226 тысяч. За последние два года количество увеличилось на 6 тысяч. Эти 6 тысяч, как я говорил, в основном за счет того, что вернулись наемные. Правда, частично в предпринимательство входит молодежь, которая заканчивает ВУЗы, не находит себе применения, не идет куда-то по разнарядке, а пытается открыть свой бизнес, в первую очередь этот бизнес связан с услугами – парикмахерские, туристические фирмы, компьютерные клубы и т.д.

Молодежь пытается найти себя в более простых сферах, которые возможно будут востребованы на западе, чтобы потом уехать. У меня есть знакомый парень, закончил ВУЗ, поработал здесь год в туристической частной фирме, открыл свою небольшую фирму, где-то полгода он поработал, посмотрел, что работать можно… И сегодня уехал в Чехию, и работает там в одной из лучших чешских турфирм. А через 2-3 года планирует открыть свою турфирму в Чехии.

Люди набивают руку… У нас здесь очень легко набить руку, потому что у нас настолько сильно обложено предпринимательство, что мы как муравьи, змея или уж, выкручиваемся из любой ситуации. И когда он приезжает в Россию или в Польшу, или в Чехию – там все открыто, свободно – понятное и ясное законодательство. Работать там настолько легко, что наши предприниматели выходят в лидеры.

Много у нас людей так выезжает за границу и организовывает там свой бизнес?

За период с 2003 года выехало 52 тысячи предпринимателей, у которых раньше здесь был бизнес. 52 тысячи предпринимателей уехали из страны вообще – не просто вывели бизнес за границу, а уехали на постоянное место жительства в те страны, где они открыли свой бизнес. И этот поток продолжается, люди уезжают, кто куда может.

Заявления, что в отношении предпринимателя происходит либерализация, остаются только заявлениями, хотя нельзя скрывать, что чиновники на местах, в регионах начинают более часто общаться с предпринимателями, ассоциациями. Власти стали более открыто идти на контакт.

Какая сегодня цифра потенциально возможных предпринимателей в Беларуси? Сколько их могло бы быть, если бы было благоприятное законодательство и отношение?

Сегодня у нас официально 226 тысяч предпринимателей. Прибавим ещё нелегальный бизнес, который работает, и мог бы зарегистрироваться в случае хорошего законодательства и более благоприятного климата. От 50 до 80 тысяч действуют нелегально… Прибавим их – получается 300 тысяч. Это сейчас столько задействовано.

Около 800 тысяч сегодня у нас являются «гастарбайтерами», в первую очередь в сфере строительства – и в Украину уезжают, и в Россию. Кто-то задействован в сфере транспортных услуг – это перевозки. Очень большое количество наших людей зафиксировано в Литве, в Польше. По идее, при хорошем отношении, можно и этих людей вернуть.

При благоприятном бизнес-климате в Беларуси был бы миллион предпринимателей?

При создании хороших условий для бизнес-климата в течение года, можно было бы добиться, что бы предпринимательство открыло ещё столько же – 300 тысяч. То есть через год мы бы имели 600 тысяч. А в течение 2 лет, до 2012 года, если бы власть реально все исполняла, что говорит, я думаю, целый миллион населения был бы полностью поглощен в сфере предпринимательства. И это был бы сумасшедший удар и экономический подъем в нашей стране, такой, что любая страна позавидовала бы.

Учитывая то, что мы настолько приспособлены к жесткому ведению бизнеса, то при создании хороших условий мы бы выплыли наверх таким огромным скачком, был бы обычный предпринимательский бум.

Вот этот миллион людей, которые через 2-3 года были бы задействованы в сфере предпринимательства, дал бы огромный толчок, сюда бы пошли инвестиции. Потому что сегодня у наших предпринимателей есть масса контактов с бизнесменами за пределами страны, но они не вкладывают сюда деньги, потому что знают, как у нас чиновники относятся к предпринимателям и какое у нас не развитое законодательство.

На сегодняшний момент я знаю людей, которые готовы вкладывать деньги в сельский туризм. Это прекрасный бизнес, на котором можно зарабатывать огромные деньги. Туристы бы сюда ехали – природа у нас прекрасная, озера прекрасные… Только не надо вокруг озер атомные станции строить.

Можно и без них обойтись. Можно эти деньги, которые мы вкладываем в АЭС, вложить в сельский туризм и он даст больше прибыли, чем вся атомная станция. И потом мы сможем смело, не торгуясь покупать электроэнергию у той же России за заработанные на туризме деньги.

Предприниматели все время жалуются, что их ущемляют… Но, тем не менее, если брать их заработную плату, то это не маленькие деньги – больше, чем в среднем сегодня зарабатывают белорусы.

Однозначно, скрывать этого не стоит. Тот, кто почувствовал вкус хорошей жизни, кто умеет зарабатывать деньги, знает, куда их вкладывать, считает каждый рубль, для них возврат в категорию рабочих уже нреален. Дорога предпринимательства более сытна в денежном плане, но мы и работаем по 24 часа в сутки, каждую минуту думаем – чтобы с нами что-нибудь не случилось и как бы нам не прогореть.

На предприятиях спускают план – пятилетний, годовой или квартальный – сделать столько деталей. И ты должен сделать.

У меня есть рабочая, она говорит – слушай, я такие обалденные рациональные предложения вношу в производство, что можно все производство перевернуть. Я спрашиваю: так, а в чем дело? Она говорит – по три-четыре года регистрируют это рациональное предложение, пока оно пройдет все круги через чиновников. У предпринимателя не надо нигде регистрировать. Если он надумал что-то сделать, то его рациональное предложение вводится уже назавтра.

Рано или поздно чиновник должен понять, что без предпринимателей экономически ни одно государство никогда не поднимется в своем развитии. По идее, должно быть минимум 40-60% предпринимательства в стране. У нас сегодня в этом секторе задействовано 10-15%.

А за этот год предприниматели стали больше зарабатывать или нет?
Нет, начиная с момента кризиса, в предпринимательстве произошел определенный сбой в сторону уменьшения заработка. И не просто на 2-3% – заработки упали в разы. Сегодня предприниматели подстраиваются к тем экономическим условиям, которые есть во всем мире, и соответственно к тому спросу и требованиям потребителя, который имеет в кошельке то, что он имеет.

И если у рабочего сегодня меньше денег, то я не предложу ему рубашку от Гуччи за 100 долларов, я ему привезу китайскую продукцию за 3-5 долларов, и его это устраивает.
Выросли коммунальные услуги, услуги на связь, транспорт, бензин. Все это экономически бьет по нам и соответственно наши заработки упали в разы. Но на сегодня предприниматели уже приспособились к тому, что требует покупатель, вошли в свою струю, но не с теми, конечно, заработками, как 2-3 года назад.

Но пока мы живем, и свои 500 долларов, которые нам обещал президент, имеем. Я думаю, каждый предприниматель 500 долларов на сегодня имеет, скрывать тут нечего. Но не от государства, а от себя. В то время, когда президент обещает, что скоро каждый будет получать 500 долларов, мы уже их зарабатываем, поэтому надо меньше говорить, а просто их зарабатывать.

// belradio.fm, Наста Манцевич

В международных рейтингах, которые оценивают конкурентоспособность, Беларусь не фигурирует. Исследовательский центр ИПМ провел свое исследование, в ходе которого постарался оценить нашу страну по критериям, которые учитываются при подготовке международных рейтингов о конкурентоспособности. Ответы представителей белорусского бизнеса, участвовавших в исследовании, показали, что существуют факторы, которые заметно понижают конкурентоспособность Беларуси.

На тот момент контрольный пакет акций предприятия никому не принадлежал. Российским акционерам, как и сегодня, принадлежало более 40% акций Мозырского НПЗ, белорусскому правительству — примерно столько же. А предприятию «МНПЗ плюс», созданному в середине 1990-х работниками нефтеперерабатывающего предприятия, принадлежало 12,25% акций. В 2005-м году по инициативе органов госуправления начался судебный процесс в отношении «МНПЗ плюс». В результате разбирательства предприятие перестало быть частным и перешло в собственность государства. Ну и 12,25% акций Мозырского НПЗ тоже…

«Для роста промышленности необходимо устранить барьеры для функционирования рынков и конкуренции, содействовать созданию инфраструктуры для развития новых предприятий, новых видов деятельности, в том числе и в промышленном секторе. Для этого Беларуси необходимо совершенствовать свою финансовую систему, в том числе ускорить налоговую реформу. В частности, Всемирный банк предлагает Беларуси поэтапно сокращать налоговую нагрузку при одновременном расширении налоговой базы. Рекомендуется также отменить искажающие налоги и снизить высокие предельные ставки прямых налогов», — сказала эксперт.

Для дальнейшего развития промышленности Всемирный банк рекомендует Беларуси стимулировать приватизацию и привлечение прямых иностранных инвестиций.

«Но при этом приватизация должна вестись дифференцированно, в зависимости от отрасли промышленности», — отметила эксперт. Необходимо также усилить мотивацию руководителей с акцентом на максимизацию прибыли и инновации. Беларуси также стоит вести поэтапную отмену практики установления количественных показателей и контроля заработной платы.

В частном секторе Всемирный банк рекомендует Беларуси обеспечить равные возможности для государственных и частных предприятий, содействовать равному доступу к финансовым ресурсам, земельным участкам, объектам недвижимости. Помимо этого, рекомендуется устранить бюрократические препятствия: сократить регуляторные и лицензионные требования, упростить процедуры открытия и закрытия бизнеса.

Всемирный банк также рекомендует повысить гибкость на рынке труда путем либерализации политики оплаты труда и кадровой политики, обеспечения соответствия программ профессионально-технического образования — подготовки кадров потребностям экономики. Необходимо уменьшить искажения на кредитном рынке: сократить масштаб программ директивного кредитования и расширить возможности получения кредитных ресурсов малыми и средними предприятиями.

Нацбанк Белоруссии в докладе «Финансовая стабильность в Республике Беларусь в 2009 году» честно признался, что финансовая система страны переживает явно не лучшие времена. Документ получился на удивление довольно откровенным. Белорусские эксперты не исключают, что в ближайшее время его авторы «попадают с кресел».

Так, в докладе говорится, что преодоление кризиса очень дорого обошлось Белоруссии: экономику страны просто накачали внутренними и внешними кредитами. За это стране неизбежно придется расплачиваться либо девальвацией рубля, либо чрезмерно активными поисками новых кредиторов. Авторы документа признают: «несбалансированность внешнеторговых операций сохранилась, что во многом стало результатом продолжающегося опережающего роста внутренних расходов по сравнению с ростом производства и недостаточной эффективности экономики».
Плохо обстоят дела и с частными инвесторами. Весь груз получения внешних кредитов пришелся на органы государственного управления и денежно-кредитного регулирования. Полученные в результате сложнейших переговоров средства шли на поддержку предприятий государственного сектора. В итоге объем долгов Белоруссии только увеличился, а вот экономика так и не вышла на новый уровень – ни в банковской сфере, ни в реальном секторе. Внешний спрос на белорусскую продукцию уменьшался, предприятия сокращали объемы продаж, рентабельность падала. Доселе убыточные предприятия стали просто непосильной ношей для бюджета.
Чиновники отмечают также общий высокий уровень подверженности рискам государственных банков. Ситуация продолжает ухудшаться несмотря на заявления президента Александра Лукашенко о том, что страна выходит из кризиса. «Это очень серьезный вывод Национального банка. Да, деньги в экономику страны шли, и большие. Но банки все равно работали на грани фола, а предприятия реального сектора не вышли на траекторию устойчивого развития», – комментирует заключение банкиров – руководитель аналитического центра Мизеса Ярослав Романчук.
Внешняя несбалансированность не только сохранилась, но даже увеличилась до уровня, «представляющего угрозу макроэкономической и финансовой стабильности», признали чиновники. Вероятность того, что экономика не переживет падение мирового спроса на продукцию, усилилась многократно. Более того, Нацбанк обратил внимание экспертов и исполнительной власти страны на то, что намеченные структурные реформы экономики, которые проводились в 2009 году, не дали никакого положительного экономического эффекта. Упрек Совету Министров и правительству – налицо.
По итогам 2009 года сальдо внешний торговли оказалось отрицательным. Минус 7 млрд долларов. Это 14,3% общего ВВП Белоруссии за прошлый год и на 11,8% больше, чем было в 2008 году. Это означает, что страна вот уже пару лет подряд не может научиться зарабатывать столько, сколько привыкла тратить. «Нарастание внешнеторгового дефицита, наблюдающееся с 2006 года, достигло уровня, создающего значительные риски для финансирования несбалансированности внешней торговли и, как следствие, для обеспечения стабильности обменного курса белорусского рубля», — отмечается в докладе.
Банкиры признают высокие риски девальвации рубля. В 2009 году дефицит денег удалось перекрыть кредитами – суммарно их было привлечено в количестве 8,3 млрд долларов. Это почти в два раза больше, чем в 2008 году, хотя и тогда было немало. Эта страсть белорусских чиновников к решению проблем путем привлечения кредитов привела к увеличению внешнего долга на 45,4% – теперь он составляет 22 млрд долларов, или 45% ВВП страны. Отсюда и неутешительное резюме: «Интенсивный рост уровня внешнего долга в условиях высокого дефицита внешней торговли повышает уязвимость экономики и представляет значительный риск с точки зрения внешней стабильности и платежеспособности вследствие значительного роста расходов на его обслуживание в дальнейшем».
Ярослав Романчук объясняет, что это все значит. «Мы с большой долей вероятности станем свидетелями как минимум одного из следующих сценариев: истощения золотовалютных резервов, девальвации белорусского рубля, стремительного роста цен и тарифов, оттока денег из банков. Вариант, когда все эти события произойдут параллельно, тоже исключить нельзя», – говорит эксперт. Причину такого ужасного положения дел эксперт вместе с Нацбанком видит в неумелом управлении страной: «Нацбанк признает ошибочность государственной политики в банковской сфере. В 2010 году для обеспечения финансовой стабильности в Беларусь должно поступить около 10 млрд. долларов. Даже в более благополучном 2009 году правительство и Нацбанк не сумели обеспечить такой объем внешних валютных поступлений». Но найти столько денег страна не сможет. «В условиях президентской кампании, окончания кредита МВФ и ссоры с Кремлем найти такие деньги на внешних рынках будет крайне сложно», – говорит Романчук.

Правительство Беларуси в своей переписке с МВФ заявило, что создаст Агентство по приватизации к 1 июня. Напомним, что эта тема обсуждалась в рамках предыдущей программы «стенд-бай», в рамках которой Беларусь уже получила 3,6 млрд. долл. Правительство обещало, что это агентство будет создано осенью 2009 года, а уже в феврале 2010-го состоится показательная публичная конкурсная приватизация пяти крупных предприятий. Однако на дворе апрель, а нет не только приватизации, но и агентства, которое должно было ее проводить. Вероятно, власти Беларуси и не вспомнили бы о данном МВФ обещании, но на май намечены переговоры с фондом о следующем кредите, пишет «Независимая газета».

В конце минувшей недели правительство Беларуси вспоминало приватизацию и применительно к теме российского в ней участия. Первый вице-премьер Владимир Семашко заявил, что правительство Беларуси ведет переговоры с российскими компаниями «Роснефть» и «ЛУКОЙЛ» о возможности продажи им пакета акций ОАО «Нафтан» в обмен на стратегические инвестиции. «Я не скрываю, что мы ведем переговоры с «Роснефтью» и «ЛУКОЙЛом», обсуждается приход их на «Нафтан» как стратегических инвесторов», – заявил он. Отвечая на вопросы журналистов, Семашко заявил, что в случае поступления от «Газпрома» предложения о покупке контрольного пакета акций «Белтрансгаза» правительство Беларуси будет готово его рассматривать. Правда, пока это разговор на уровне умозаключений, так как таких предложений, по словам Семашко, не поступало. Тем не менее некоторые местные эксперты связали заявления первого вице-премьера о приватизации с планами подготовки нового соглашения по газу с Россией. Семашко сказал, что Беларусь готова обсуждать этот вопрос, но только при условии, что в нем будет предусмотрена равнодоходность цен для России и Беларуси. Это значит, что цена в Беларуси должна быть выше российской только на размер транспортных расходов.

Большинство независимых экономических экспертов в Беларуси считают, что за всеми заявлениями о приватизации не стоит ничего, кроме желания создать благоприятный фон для обсуждения других вопросов. Реально же идея приватизации противоречит философии действующей власти. Продав «фамильное серебро», Лукашенко может лишиться возможности манипулировать потенциальными инвесторами. Кроме того, реальная продажа собственности выведет ее из-под жесткого контроля государства и ослабит позиции действующей власти, которая сегодня их и наказывает, и милует в первую очередь за послушание.

Кстати, разоткровенничавшись, Владимир Семашко признался, что единственный опыт 100-процентной продажи госсобственности в Беларуси оказался неудачным. Завод «Мотовело», проданный австрийской компании ATEC в 2007 году, остановил производство, пояснил он. Как ранее писала «НГ», у местных экспертов эта сделка всегда вызывала массу вопросов. В первую очередь возмущало всех то, что продажа крупного предприятия с огромными участками земли практически в центре Минска была осуществлена «кулуарно», без конкурсов и бизнес-планов.

Научный руководитель российского Госуниверситета – Высшей школы экономики Евгений Ясин так прокомментировал ситуацию «НГ»: «Лукашенко до сих пор распоряжался экономикой Беларуси, как при советской власти, вел себя, как владыка. Сейчас у страны денег нет, долги растут. Здесь играет свою роль и Москва, которая хочет равноправных отношений с Минском. Лукашенко ищет выход и альтернативные варианты – на Западе, в МВФ. Один из путей выхода из кризиса – приватизация. Он может приватизировать ряд предприятий, получить деньги и решить таким образом ряд социальных проблем, снизить госдолг. Может некоторую часть продать России, например, «Газпрому». Все это в какой-то мере улучшит его положение. Но хотя госпредприятиями управлять легче, чем частными, Лукашенко думает, что, создав видимость демократических преобразований в стране, видимость перевода на рыночную экономику, он станет продолжать командовать и частными владельцами. Рассчитывая при этом на имеющуюся у него систему давления. Но на самом деле позиции Лукашенко ослабевают. И этот процесс необратим».

Выступая 16 марта в Национальной ассамблее Венесуэлы, Александр Лукашенко пообещал своему венесуэльскому коллеге Уго Чавесу поделиться опытом создания системной обороны государства. Система позволит последнему не опасаться любого, даже самого могучего врага, сообщает газета «Белорусы и рынок».

По мнению некоторых военных экспертов, речь может идти о создании в Венесуэле интегрированного оборонительного комплекса, включающего противовоздушную оборону, средства радиоэлектронной борьбы и противодействия высокоточному оружию.

Исходя из этого предположения, а также из неоднократных высказываний венесуэльского лидера, можно сделать вывод о том, какие именно виды вооружений и техники оборонного назначения Каракас намеревается приобрести у Минска.

Так, в январе 2008 г. накануне визита в Беларусь Уго Чавес заявил, что одной из главных целей его поездки является согласование конкретных деталей контракта по приобретению комплексной системы ПВО. В нее должны будут войти «радары дальнего обнаружения и ракеты соответствующего радиуса действия».

Создание комплексной системы ПВО предполагает использование в качестве ее «мозга» автоматизированной системы боевого управления типа АСУ «Бор-1М», который в настоящее является своеобразным интеллектуальным ядром противовоздушной обороны Беларуси.

Важным элементом венесуэльской ПВО может стать мобильная радиолокационная станция метрового диапазона «Восток», способная обнаруживать бомбардировщики B-52 и самолеты ДРЛО на расстоянии до 255 км. В новой РЛС в несколько раз увеличены возможности обнаружения не только целей типа F-16, но и самолетов, изготовленных по технологии «Стелс».

Что же касается зенитно-ракетного вооружения, то, по мнению ряда аналитиков, предприятия белорусского ВПК могут предложить венесуэльским военным оригинальные версии доработанных зенитных комплексов ближнего действия С-125 и дальнего – С-200.

Выдвигается также версия о возможности поставок Венесуэле зенитно-ракетных комплексов собственного производства, созданных на базе С-300 еще советской разработки. В качестве основания для подобных гипотез аналитики используют тот факт, что на 2566-м заводе по ремонту радиоэлектронного вооружения в Борисове уже налажен капитально-восстановительный ремонт этих комплексов.

Если же говорить о средствах ведения радиоэлектронной борьбы, то в этом контексте чаще всего упоминаются белорусские комплексы радиотехнической разведки 85В6-А и 85В6-Б, предназначенные для обнаружения, распознавания и сопровождения до 100 наземных морских и воздушных объектов по излучению их радиоэлектронных средств. Воздушные цели на высоте 10 км они обнаруживают на расстоянии 400 км.

Для подавления бортовой электроники боевых самолетов нашим венесуэльским друзьям могут быть предложены станции мощных шумовых помех СНП-2 и СНП-4. Из последних разработок – станции радиопомех Р-934УМ «Удар» и Р-378УМ «Укол».

Весьма вероятно, что в Венесуэлу будут поставлены и новейшие средства противодействия высокоточному оружию. Часть из них уже поступила в белорусскую армию для опытной эксплуатации. В частности, комплекс постановки помех лазерным системам наведения «Сапфир» и комплекс радиопомех системе глобальной радионавигации GPS «Навес-У».

Как сообщает пресс-служба движения, политики считают, что “кредитная, а также другая финансовая помощь со стороны МВФ и стран объединенной Европы может быть приостановлена”. Они пришли к выводу, что “Евросоюз не намерен способствовать государству, в котором усиливаются тоталитарные тенденции и отсутствует прогресс в сфере демократизации и уважения прав человека”.

Бузек высказался о необходимости ставить экономическую поддержку Беларуси в прямую зависимость от улучшения ситуации с правами человека. “В то же время европейские политики считают, что применение собственно экономичных санкций не принесет желаемого эффекта, но очень отразится на жизни простых граждан”, — сообщает пресс-служба.

В ответ Милинкевич заявил, что “диалог не может вестись ради диалога, должны быть итоги”. “Меры Евросоюза, направленные на развитие диалога, дают результат: наше хозяйство в условиях кризиса получило существенную поддержку со стороны МВФ и других структур. Со стороны Беларуси прогресса не наблюдается, напротив, начались процессы, которые свидетельствуют аб усилении репрессий”, — сказал белорусский политик.

По мнению лидера движения “За Свободу”, поскольку белорусские власти не стараются стать честными партнерами ЕС, реакция со стороны объединенной Европы “однозначно будет”.

Окончательное решение относительно Беларуси будет принято на пленарной сессии Европарламента на следующей неделе, сообщает пресс-служба.

За этот период 57 промышленных предприятий получили чистый убыток. Сумма чистого убытка возросла на 35,5%. В два раза увеличилось количество убыточных предприятий в машиностроении и металлообработке и легкой промышленности, передает БелаПАН. За январь-ноябрь 2009 года выручка от реализации товаров, продукции, работ, услуг промышленных предприятий Минска в текущих ценах составила 20,8 трлн. рублей, половина ее пришлась на долю предприятий машиностроения и металлообработки.

Прибыль от реализации товаров, продукции, работ, услуг промышленных предприятий города составила 1,6 трлн. рублей и по сравнению с аналогичным периодом прошлого года снизилась на 24,2%. В январе-ноябре 2009 года рентабельность реализованной продукции, работ, услуг промышленных предприятий составила 10,5% против 12,8% в январе—ноябре 2008 года (рентабельными были 90,3% предприятий). Выше, чем в среднем по промышленным предприятиям города, рентабельность реализованной продукции, работ, услуг была на предприятиях цветной металлургии (28,4, легкой промышленности (17,1%), пищевой промышленности (16,1%); ниже среднеотраслевой — на предприятиях промышленности строительных материалов (8,2%) и электроэнергетики (1,8%). Чистая прибыль промышленных предприятий за 11 месяцев 2009 года составила 890,7 млрд. рублей, что на треть меньше, чем за соответствующий период прошлого года.

- Количество убыточных предприятий постоянно колеблется, – говорит Михаил Залесский. – И связано это всегда с тем, что предприятия не реструктуризуются. Что их продолжают лечить не от болезни, а от симптомов. И вот когда симптомотичное лечение дается (выходит какой-то документ или выдаются дополнительные кредиты), которые поддерживают жизнедеятельность предприятий, они выходят из ситуации. А нет – значит нет. Но структурно ничего не меняется. Эффективный собственник на этих предприятиях не появляется. Хотя такие показатели являются причиной для смены собственника. А кто у нас собственника назначает?

- Государство…
- Именно – государство. Но собственника, по сути, нет. Должно быть владение, распоряжение и использование. У нас распоряжаются и используют, но не владеют. И понятно, что отсюда все то, что мы имеем сегодня.

- А почему государство упорно не хочет отдать предприятия в руки собственников, если само не может справиться с проблемой?
- Дело в том, что в нашем государстве в управлении участвует очень много людей. И они из этого имеют определенную пользу. Социальную и материальную. Совершенно понятно, что этот класс не собирается сдавать свои позиции просто так без боя. Он держится за право распоряжаться этими ресурсами. Распределять и перераспределять те вещи, которыми распоряжается. Остался большой советский распределитель.

- Заставит ли жизнь пересмотреть позиции по этой проблеме?
- Однозначно. Как говорят, если тонешь, то и за бритву ухватишься. То, что не нравится, – это одно. То, что понадобится – совершенно другое. Там, где уже прижимает, начинаются шаги в правильном направлении. Но опять-таки – неуверенные шаги. Не скажу, что я сам большой сторонник капитализма (всё имеет свои изъяны), но давайте посмотрим реально. В прошлом году мы вытеснили Россию с украинского рынка нефтепродуктов, но имеем сегодня нефтяной переговорный кризис. Почему? Потому что в позапрошлом году мы занимали 21 процент на украинском рынке солярки, в прошлом году – 9. В позапрошлом году бензина имели 15 процентов на украинском рынке продаж, в прошлом – 30. Кому это понравится? Никому. Вот это и есть капитализм. Мы сделали что-то такое, что является конкурентоспособным в ближайшей стране. Вот, если бы так работали и предприятия, если бы они пытались достичь уровня лучших образцов, то это было бы правильно. Но собственника нет, а распорядитель не заинтересован в итоге. Он заинтересован в освоении ресурсов по советским понятиям – выбить фонды. Ходят по Администрации, выпрашивают эти самые фонды… Освоили – вновь без денег сидят.

- Какой ваш прогноз на этот год для белорусских предприятий? Изменится ли что-то в лучшую сторону?
- Мы очень сильно зависим от спроса. В первую очередь от спроса на нефтепродукты. Если говорить о том, что происходит в нашей экономике, то у нас же 52 процента экспорта – это переработка нефти. И вот как будут идти дела в этой области, так и у нас будет развиваться ситуация. Здесь много факторов – как продолжится игра с Россией, какие будут цены… Но мой прогноз – отрицательный. Он не такой оптимистичный, какой сделала Администрация и профсоюзные организации. И, наверное, более отрицательный, чем прогноз МВФ и Всемирного банка. Они, исходя из наших официальных показателей, рассчитали, что у нас будет небольшой рост. Да, можно показать рост показателей на 1-2 процента. Но на самом деле структурный спад будет продолжаться. И это мы уже видим на снижении реальной заработной платы и так далее.

- Насколько зарубежные инвесторы готовы сегодня вкладывать деньги в белорусские предприятия?
- Их нет. Инвесторы могут быть двух типов. Финансовые, которые вкладывают деньги в ценные бумаги, и реальные, которые строят предприятия. Но общее падение спроса (вот здесь кризис сказывается) никого не привлекает строить новые предприятия, если нет сильной составляющей внутреннего рынка. Не надо забывать какого мы размера. Мы не Китай и не Индия. Беларусь может удивить мир чем-то одним, а не всем сразу. У нас нет большого внутреннего рынка. Нам нужно столько тракторов и автомобилей? Нет. Но, если производим, то надо чтобы их покупали. А продавать с каждым годом из-за конкуренции становится все тяжелее и тяжелее.
Александр САМУСЕВИЧ.

// euramost.org